Мир романтического героя, воплощенный в музыке и слове: концерт Саймона Кинлисайда в Венском Концертном зале.

Одним из проявлений интереса к романтизму (и романтическому) в искусстве служит популярность такого распространенного в музыкальной культуре жанра как романс (в немецкоязычной традиции – Lied). К этому камерному жанру обращаются известные исполнители, романсы звучат на концертных площадках разных стран мира, на музыкальных фестивалях, привлекая публику разного возраста и социального положения. Рассматривая причины растущего интереса к столь интимной музыке, к произведениям, сосредоточенным на раскрытии внутреннего мира лирического героя, можно найти ответы на вопрос о том, чего же не хватает нашим современникам в более масштабных формах искусства, чего мы ищем и что находим в них, что говорят нам эти музыкально-поэтические миниатюры сегодня и что они значили для людей своей эпохи.

С давних времен музыка и слово были тесно связаны как в фольклорных, так и в классических формах искусства. В романтизме сочетание поэзии и музыки привело к расцвету такого жанра как Lied, песня (в русской традиции — романс), к созданию подлинных музыкально-поэтических шедевров. Вопрос соотношения музыки и слова важен не только (и, возможно, не столько) для теоретиков, сколько для исполнителей. «Музыка и поэзия имеют общее пространство, из которого они черпают вдохновение и в котором они осуществляются: пейзаж души. Когда они вместе, они обладают властью придать интеллектуальную форму тому, что ощущается и чувствуется, перевести их на тот язык, которые не может быть выражен никаким другим искусством. Магическая сила, которая живет в музыке и поэзии, способна постоянно менять нас», — говорит один из величайших исполнителей камерной музыки ХХ века Дитрих Фишер-Дискау. Для камерного поэтически-музыкального жанра характерно углубление во внутренний мир человека. Не удивительно, что именно тема любви становится ведущей как в немецком, так и в русском музыкально-поэтическом творчестве периода расцвета романтизма, первой половине XIX века.

13417643_529017743962538_3217444876545161040_nЛюбовь для романтиков становится определяющим жизненным началом, которое под чиняет себе как все остальные чувства, так и течение повседневной жизни. Речь идет не только о любви человеческой, но и о любви к искусству, к любви как творческому импульсу творческой личности. Перенос внутреннего мира любящего на окружающий мир тесно связан с культом природы в романтизме. Именно утраченная, неразделенная, несчастная любовь, вызывает творческий импульс как у поэтов, так и у композиторов-романтиков, создавая то дискурсивное пространство, где можно высказать поэтико-музыкальным языком богатый спектр эмоций, характерный для Любви-Страдания. Воспоминание об утраченном счастье или мечта о несбывшемся составляют важную часть текстов песен, в то время как состояние героя, оставленного возлюбленной, дает возможность выражения целого спектра чувств, от лирической печали до страстного порыва отчаяния.

Стремление к раскрытию всех оттенков эмоциональной жизни героя выразилось в популярных в эпоху романтизма вокальных циклах, которые и в наше время любимы и исполнителями, и слушателями. Что касается большого количества разрозненных произведений этого жанра, они также тяготеют к объединению с точки зрения общей темы, в данном случае, Любви-Страдания. Это объединение, его концептуальная основа зависят от исполнителя и его интерпретации выбранных песен. Исполнитель может продолжить этот «психологический монолог», выбирая соответствующие выбранной тематической доминанте произведения из богатого песенного наследия композитора. Создавая новую целостность, исполнители могут стать со-авторами создателей произведения.

Именно таким со-творчеством стала программа песен Шуберта, которую представили в Венском концертном зале известный исполнитель как оперной, так и камерной музыки Саймон Кинлисайд и пианист Малькольм Мартино.

Британский баритон представил разнообразную программу, отражающую весь спектр чувств и переживаний, выраженных Шубертом и поэтами, на стихи которых он писал свои песни. Объединение ряда тематически связанных песен основано на большом опыте интерпретации музыкально-поэтических текстов не только Шуберта, но и других композиторов-романтиков, на глубоком внутреннем переживании, необходимом для того, чтобы передать общее настроение грусти неосуществленной любви, и в то же время энергетику, заложенную во многих, даже самых безнадежных моментах шубертовских песен. Смена различных настроений и переживаний происходит внутри каждого фрагмента, где исполнитель соединяет отдельные моменты в убедительное целое и позволяет эмоциональным крайностям песен говорить за себя. Даже не будучи формально оформленным, музыкально-поэтический мир создается исполнителем на основе общности столь любимой романтиками темы Любви-Страдания, пронизывающей эти песни Шуберта на стихи разных поэтов даже не принадлежащих к одной эпохе или языковой традиции.

Песни Шуберта для Саймона Кинлисайда – давняя любовь, к которой он возвращается и в исполнении цикла «Винтеррайзе», и в концертах, где певец может раскрыть все богатство своих вокальных данных, свою способность передавать тончайшие нюансы музыкально-поэтического материала. Иногда, как в «Алинде», певец обращается с призывом к возлюбленной и, в то же время, к каждому слушателю. Иногда он, напротив, интровертен, как в «Ноктюрне», где романтическое восприятие ночи связывает ее со смертью. Иногда голос певца звучит мощно и объемно, как в отдельных фразах романса «В лесу», а местами приобретает оттенок соблазна, вполне соответствующий романсу на стихи итальянского поэта Метастазио «L’incanto degli occhi”. Саймон Кинлисайд обладает удивительным mezzo voce, передающим самую глубину сердечного трепета, и это свойство делает такие романсы как «Осенняя ночь» и «В лесу» исполненными живым человеческим чувством. Исполнитель был более сдержан в движении, чем обычно, но движения рук обозначали ту нервозность, без которой вряд ли можно вести  разговор о сложных переживаниях, о тревоге и предчувствии трагедии, о стремлении человеческого сердца обрести любовь. Певец, больше года не появлявшийся на сцене из-за болезни, показал на венском концерте, что находится в прекрасной форме, и его богатейший камерный репертуар будет долго радовать слушателей. Исполненные на бис произведения Дюпарка и столь любимого Саймоном Хуго Вольфа дают надежду на новые встречи с этим прекрасным исполнителем. Несомненно, успеху концерта способствовало и великолепное исполнение партии фортепиано Малькольмом Мартино, одним из лучших аккомпаниаторов наших дней. Я слышала в исполнении Саймона «Винтеррайзе», и с ним в дуэте выступал блестящий концертный пианист Эмануэль Акс. Не берусь сравнивать этих двух совершенно разных музыкантов, но в обоих случаях дуэт состоялся, и это сделало концерты настоящим праздником для слушателей и данью любви к великому шуберту, композитору на все времена.

Екатерина Шапинская

Фото автора

Who is orfeiadmin

Вы должны обновитьРедактировать Ваш профиль

5 comments

  1. Андрей Вашурин Reply →

    Спасибо за интересную статью. Много нового для себя открыл!

  2. Регина Венке Reply →

    Спасибо большое!!! О Шуберте просто чудесно…вообще замечательная рецензия.

  3. Е.Смирнова Reply →

    Рассматривая данный текст в качестве пространства репрезентации особенностей когнитивного стиля языковой личности и обращаясь к дискурсивной деятельности…
    Ох, не получается! Не для всех статья, но основное-понятно.Не только вокал и мастерство инструменталиста, но и огромная работа сердца и ума. Хороша цитата Фишера-Дискау про пейзаж души!

  4. Эльвира Белова Reply →

    Друзья, чтобы было понятно не только основное, загляните в словарь, не стесняйтесь.Статья для всех, только требует мало-мальской подготовки, и не надо ерничать!

  5. Е.Смирнова Reply →

    Никакого ерничания, автора уважаем, это просто юмористическая попытка скопировать язык статьи-ессесссссно, не удалось)))))))))))))). Будем расти и продолжать дружить со словарями!!!

Добавить комментарий

Your email address will not be published. Required fields are marked *

BACK